Один из вариантов того, как может работать механизм, — прямое возмещение коммерческим банкам процентных ставок в рамках льготного кредитования, предположил Владислав. У Минсельхоза, например, он работает так: заранее и на год утверждается лимит на поддержку новых агропроектов, через аккредитованные правительством банки инвесторы подают заявки на финансирование, а затем министерство их рассматривает. Как поясняет экономист, в этой схеме есть два этапа оценки проекта: банк оценивает экономическую устойчивость, а профильный ФОИВ (в данном случае Минэкономразвития России) смотрит на заявку с точки зрения соответствия целям и задачам поддержки.

Компании на фоне высоких процентных ставок и сдержанной инвестиционной активности пересматривают организационные структуры и численность сотрудников, пояснила эксперт. Снижение активности по замещению выбывающего персонала может отражать переход компаний к повышению внутренней эффективности, допускает Виктория. Она отмечает, что логично ограничивать расходы прежде всего за счет фонда оплаты труда как одной из самых дорогих статей бюджета, особенно с учетом роста фискальной нагрузки, изменений налогообложения и общей неопределенности.

При принятии решений о найме компании оценивают полную стоимость замещения вакансий: помимо зарплаты возникают транзакционные издержки на поиск, рекрутинг, адаптацию и обучение нового сотрудника, включая вовлечение управленческого ресурса, объясняет эксперт. Временной лаг до выхода сотрудника на целевую продуктивность снижает целесообразность найма.

Она добавляет, что восстановление штата в будущем может оказаться еще более затратным, так как повторный подбор и адаптация требуют времени и финансовых ресурсов. Косвенные потери включают утрату накопленного человеческого капитала — профессиональных знаний и опыта работы с внутренними процессами. Отказ от увольнения в пользу иных форматов использования труда связан с финансовыми потерями — компенсационными выплатами и потенциальными юридическими рисками, подчеркивает Виктория.

Владислав отметил, что политическая составляющая всегда присутствует в динамике цен на сырьевых рынках, однако напрямую связывать отдельные сделки с конкретными событиями затруднительно. При этом, по его словам, утечки информации и использование незащищенных каналов коммуникации могут создавать предпосылки для опережающих действий участников биржи.

Он подчеркнул, что реакция рынков на шоки носит нелинейный характер: первоначально эффект сглаживается за счет запасов, но затем становится более устойчивым и длительным. Даже после стабилизации ситуации восстановление происходит не сразу из-за нарушенных цепочек поставок и инерции производственных процессов. Дополнительное давление создают негативные ожидания, которые со временем усиливают общий эффект.

Говоря о криптовалютном рынке, Владислав отметил, что ситуация, при которой активы торгуются ниже себестоимости, не является исключением: «товар может продаваться в убыток», а решения участников зависят от долгосрочных издержек и альтернативных потерь.

Комментируя бюджетную политику, он подчеркнул, что дополнительные доходы от высоких цен на сырье целесообразно направлять на снижение долговой нагрузки, а не на увеличение текущих расходов. По его словам, такой подход соответствует логике повышения финансовой устойчивости как на уровне государства, так и отдельных компаний.

Эксперт также поддержал курс на снижение зависимости бюджета от нефтегазовых доходов, отметив риски их дальнейшего сокращения. В числе возможных инструментов — увеличение отчислений в ФНБ, что позволит снизить влияние ценовой волатильности на бюджетную систему.

Оценивая перспективы экономического роста, Владислав отметил, что возвращение к устойчивой траектории остается сложной задачей из-за высоких ставок, дорогих ресурсов и внешнеэкономических ограничений. По его мнению, приоритетом должны стать структурные меры — улучшение делового климата и оптимизация расходов, что создаст условия для восстановления экономики.

В ходе обсуждения также затрагивались изменения потребительского поведения, в том числе на фоне ограничений и отключений интернета, и их влияние на сферу общественного питания. По словам Владислава, одним из ключевых факторов трансформации спроса стали последствия пандемии, усилившие запрос на близость сервисов к дому. Распространение форматов готовой еды и пунктов выдачи связано со стремлением экономить время и получать услуги в шаговой доступности. Он отметил, что этот тренд влияет как на розничную торговлю, так и на ресторанный бизнес, который адаптируется к новым условиям. При этом, несмотря на изменения в потреблении, рынок общественного питания сохраняет инвестиционную привлекательность, что подтверждается превышением числа открывающихся заведений над закрывающимися.

С полной версией эфира можно ознакомиться по ссылкам: часть 1, часть 2, часть 3.

Владислав отметил, что энергетика может стать одной из тем диалога между Россией и США, однако не менее важным фактором остается возможность политических договоренностей, включая обсуждение санкций и других институциональных решений. По его словам, для России такие договоренности были бы стратегически выгодны, поскольку в последние годы примеров устойчивых соглашений с США немного.

Комментируя возможное влияние роста цен на нефть на мировую инфляцию, он подчеркнул, что подобные оценки основаны на прошлых аналогиях и не могут быть строго точными. Наиболее чувствительными к росту цен могут оказаться страны, сильно зависящие от поставок энергоресурсов из Персидского залива, в том числе государства Юго-Восточной Азии. Для Китая, напротив, умеренный рост цен может оказаться менее болезненным из-за текущих дефляционных тенденций в экономике.

По его словам, масштаб инфляционного эффекта будет во многом зависеть от продолжительности конфликта: если он завершится быстро, влияние на цены окажется ограниченным, тогда как затяжное противостояние способно усилить глобальные инфляционные ожидания.

Владислав также отметил, что для России возможный рост цен на энергоресурсы в первую очередь может отразиться на стоимости логистики и международных перевозок, включая авиаперелеты и доставку импортных товаров. Со временем это может сказаться и на ценах на автомобили и продовольствие через цепочку производственных издержек.

При этом, по его мнению, влияние этих факторов на решения центральных банков, включая Банк России, в ближайшее время будет ограниченным, поскольку основные источники инфляции связаны не с импортными ценами, а с внутренними экономическими процессами.

Отдельно он указал, что обострение на Ближнем Востоке уже наносит заметный удар по авиаперевозкам: закрытие маршрутов снижает доходность международных направлений и может стать серьезной нагрузкой для бюджетов авиакомпаний. Тем не менее, у них есть возможность переброски авиапарка на другие направления и гибкой адаптации маршрутов.

Полная версия эфира доступна по ссылке: часть 1, часть 2, часть 3.

Продолжающееся списание двух третей бюджетных кредитов регионам помогло улучшить структуру долга, но не смогло компенсировать объективное ухудшение финансового положения предприятий, отметила Марина. Эксперт считает падение поступлений по налогу на прибыль как причиной самого разрыва, так и необходимостью занимать у банков.

Заниматься перераспределением было бы крайне рискованно и неэффективно из-за падения поступлений от налога на прибыль — оно продолжится и в 2026 г., прогнозирует Марина. К тому же федеральный центр тоже решает проблему собственного дефицита, резюмировала она.